Конфедерация Москвы и Минска: Кремль блефует

На фото: премьер-министр РФ Дмитрий Медведев (слева) и премьер-министр Белоруссии Сергей Румас (справа)

На фото: премьер-министр РФ Дмитрий Медведев (слева) и премьер-министр Белоруссии Сергей Румас (справа) (Фото: Дмитрий Астахов/POOL/ТАСС)

Минск отрицает планы создания конфедерации с Москвой. Об этом заявила пресс-секретарь президента Белоруссии Наталья Эйсмонт. Поводом послужила утечка в СМИ о программе экономической интеграции России и Белоруссии, которая публично не раскрывалась.

«В интеграционной работе, которая сейчас ведется, стороны исходят из тех реалий, которые имеют, то есть из достигнутого уровня взаимодействия… В интеграционных же процессах мы идем на те шаги, которые экономически целесообразны. Никаких совместных органов не создается — к этому страны не готовы», — сказала Эйсмонт.

Она также добавила, что программа экономической интеграции «станет программой» только после того, как ее подпишут президенты стран и она будет принята на высшем Госсовете в декабре.

Речь идет о проекте «Программы действий Беларуси и РФ по реализации положений договора о создании Союзного государства». 6 сентября его парафировали — согласовали с возможностью незначительных изменений — премьер-министры РФ и Белоруссии Дмитрий Медведев и Сергей Румас.

В документе предлагается частичная экономическая интеграция на уровне не менее чем в Евросоюзе, а в ряде вопросов — аналогичная конфедеративным или даже федеративным государствам. Вот как выглядят ее ключевые пункты:

— Предполагается объединить налоговые системы — по проекту программы, в Союзном государстве России и Белоруссии к 1 апреля 2021 года будет принят единый Налоговый кодекс.

— С 2021 года предлагается объединить еще два предмета суверенной политики. Во-первых, таможенную политику — вплоть до совместных таможенных рейдов, общей информсистемы и едва ли не общей таможенной службы. Во-вторых, объединить энергетическую политику. При этом документ прямо предполагает создание «единого регулятора» рынков газа, нефти, нефтепродуктов и электроэнергии.

— Об объединении эмиссионных банков и единой валюте речи в документе не идет. Однако стороны намерены договориться о гармонизации макроэкономической политики, унификации валютного контроля, объединении платежных систем. Плюс частично договориться о едином режиме защиты инвестиций.

— Два министерства экономики — российское и белорусское — к 1 ноября 2019 года должны создать «дорожную карту», объединяющую отраслевое регулирование. Помимо ТЭК, предлагается ввести единый режим госрегулирования агрорынков, торговли, транспорта и связи, антимонопольную политику, режим защиты потребителей. Обещаны также к 2021 году взаимный единый доступ к госзакупкам, единая система учета собственности и унификация хозяйственного законодательства.

Вместе с тем, «Программа действий» не затрагивает следующие сферы: оборону, госбезопасность, суд, правоохрану и вопросы МВД, а также непосредственно госуправление — внутреннее устройство исполнительной власти в России и Белоруссии.

По сути, программа не предполагает до 2022 года объединения двух стран с переходом в «надстроечную» структуру центральных властных полномочий Москвы и Минска. Однако именно такой вариант развития событий — первое, что приходит в голову после прочтения пунктов «Программы действий».

По мнению экспертов, переформатирование Союзного государства России и Белоруссии — один из сценариев транзита власти Владимира Путина после 2024 года, который рассматривает сейчас Кремль.

Что стоит за «Программой действий», как в реальности выглядят перспективы интеграции двух стран?

— Едва ли в ближайшие годы можно ожидать ускорения интеграционных процессов в отношениях России и Белоруссии, — считает депутат Госдумы третьего и четвертого созывов, полковник в отставке Виктор Алкснис. — На мой взгляд, исторический момент для этого был упущен 20 лет назад.

Напомню, в конце 1990-х — в последние годы правления Бориса Ельцина — эти процессы приобрели очень серьезный характер, и дело шло к созданию реального Союзного государства России и Белоруссии. Были подписаны соответствующие документы, а главное — договоренности носили политический характер.

Однако с избранием главой российского государства Владимира Путина в 2000-м году, интеграционные процессы с Минском были приостановлены, и затем фактически прекращены. Это было связано с позицией России — и конкретно президента Путина.

«СП»: — Что в интеграции не устраивало Кремль?

— При обсуждении устройства Союзного государства, видимо, предполагалось, что Лукашенко переедет в Москву, и займет в Кремле соответствующее место. Не пост президента Союзного государства, конечно, но по крайней мере кресло премьер-министра.

Так вот, с приходом Путина к власти на этих планах был поставлен жирный крест. У меня такое впечатление, что это было связано с личностным конфликтом между президентом РФ и Лукашенко. Как мне кажется, Путин в тот период боялся конкуренции со стороны Батьки.

Надо признать, в конце 1990-х — начале 2000-х рейтинг белорусского лидера в России был исключительно высок. Действительно, многие граждане РФ видели в Белоруссии образец того, какая политика должна осуществляться в государстве. А в Лукашенко они видели лидера, который способен такую политику проводить в рамках Союзного государства.

Личностный конфликт с хозяином Кремля, на мой взгляд, поставил на этом направлении точку. Видимо, Лукашенко понял, что ему ничего не светит в плане занятия высокой руководящей должности в Союзном государстве. В итоге глава Белоруссии потерял интерес к интеграционным планам — и сегодня мы имеем то, что имеем.

«СП»: — То есть, Союзное государство так и осталось в зачаточном состоянии?

— Говорить о каком-то Союзном государстве, я считаю, просто не приходится. Оно существует только на бумаге. Да, обе страны входят в Таможенный союз, а между Россией и Белоруссией отсутствует пограничный контроль. Но все это — лишь жалкие остатки от конструкции, которая планировалась в случае реального объединения Белоруссии и РФ.

«СП»: — «Программа действий», которую парафировали Медведев и Румас, меняет эту ситуацию?

— Сегодня можно сколько угодно говорить о возможностях интеграции. Но все это, я считаю, просто слова — реального воплощения «Программы действий» не будет.

Лукашенко, повторюсь, когда-то был убежденным сторонником единого государства, но сейчас в этой идее полностью разочаровался. Да и российское руководство не видит смысла, чтобы это государство реально существовало.

На мой взгляд, чтобы интеграционный процесс снова обрел реальную перспективу, в Москве и Минске к руководству должны прийти совершенно другие люди. При нынешних лидерах — и Путине, и Лукашенко — уже ничего не получится.

«СП»: — Почему «Программа» вообще появилась, да еще подковерно?

— На деле, объединение двух наших братских народов, двух стран в единое государство — важнейший исторический процесс. Чтобы как-то симулировать движение в этом направлении и набирать политические очки, Кремль изобретает программы, имитирующие интеграционные процессы. Но реально, повторюсь, они выполняться не будут — это лишь хорошая мина при плохой игре.

Новости мира: Лукашенко рассказал, готов ли он за большие деньги порвать с Россией

Источник